‒ Существует ли в кругу профессионалов и среди покупателей загородной недвижимости мода на определенный стиль или конструктив?

‒ Тема интересная, емкая и разнообразная… Мода существует, но она к нам приходит из Европы. Интересные направления по-прежнему возникают в Центральной и Северной Европе. В том числе в силу схожести климатических условий. Понятно, что у них более богатые традиции и школы, это тоже надо учитывать.

Разным людям нравится разный визуальный ряд, и предпочтения по материалам тоже отличаются. Поэтому уверенно сказать, что вот сейчас есть мода на что-то конкретное, сложно. Можно осторожно отмечать определенные предпочтения.

‒ Какие-то визуальные решения предусматривают конкретные материалы?

‒ Материал вторичен. Мода на визуальный ряд и на архитектурный стиль диктует выбор материалов. Потом уже в кругу профессионалов можно рассуждать, насколько тот или иной стиль технологичен. Есть технологически сложные стили и затратные решения. А есть простые и при этом эффектные.

‒ Человек сначала решает, какой дом, а потом уже — из чего? Или наоборот: мыслит только из дерева или из кирпича?

‒ Первичны визуальные предпочтения, внешний вид объекта. Сегодня рынок предлагает самую разнообразную гамму решений и материалов. На 80‒90% можно подобрать материал к воплощению собственных фантазий. Сначала — как, потом — из чего. Надо, конечно, учитывать окружение, рельеф, чтобы дом не смотрелся чужеродным элементом.

‒ А сам будущий владелец четко представляет, чего он хочет? Или это надо из него вытаскивать?

‒ В большинстве случаев знает. Обычно клиент приходит с какими-то определенными предпочтениями. Если предложения наши его не устраивают, он найдет другого поставщика решений.

‒ Есть ли связь между стилем и понятием престижа?

‒ Да, такая связь есть. Всегда престижно быть владельцем современного дома, похожего на те, фото которых публикуются в журналах по современной архитектуре.

‒ В свое время поселок в Лахте «Северный Версаль» с уменьшенными репликами известных дворцов тоже считался престижным. Сейчас такой подход скорее вызовет улыбку…

‒ Менялась доступность денег и способы их зарабатывания. Был период легких денег, на волне передела собственности. И отношение к архитектуре было примерно такое: размером побольше, этажность повыше, и чтобы напоминало классику. В «Северном Версале» образцом служили дворцы дореволюционной России — потому что других не было. Тогда такое решение казалось современным.

‒ Люди и сейчас там живут, хотя вкусы изменились...

‒ Дом — не пиджак, чтобы его можно было часто менять. Стиль важен. И он определяет подход людей к выбору дома. Конструктив вторичен. Все хотят иметь современный дом.

‒ Чем современнее — тем быстрее устареет, разве не так?

‒ Нет. Если мы говорим о домах, продуманных с точки зрения планировок и технических решений, — они долго не будут устаревать. Как хорошая одежда, выполненная из качественных тканей. Хороший крой, хороший шов, нет блесток и лишних деталей — вещь будет служить долго. И станет предметом гордости.

‒ Скандинавский минимализм действительно набирает популярность?

‒ Этот стиль проник гораздо южнее Скандинавии и распространился в «первом мире». У нас он тоже становится популярен. Подчеркнуть собственную успешность для человека важно, этого никто не отменял. Но делать это можно по-разному. Мы работаем, строим карьеру. Мерилом могут служить деньги, известность, признание.

Внешнее выражение успеха работает как система распознавания «свой/чужой» в военной авиации. Владелец такого минималистичного, но хорошо структурированного, технологичного дома с панорамным остеклением, свободными планировками, простыми формами демонстрирует окружающим не только свой успех. Он подает сигнал: я не просто богат, я при этом еще и скромен, и бережлив. Я надежный, со мной можно вести дела.

‒ Сигнал: я не только богатый, но еще и умный?

‒ В точку. Богатый, потому что умный. В одежде это современный тренд на «тихую роскошь». В Цюрихе климат вроде нашего: с ноября по март холодно, промозгло. Состоятельные горожане ходят в пальто из дорогого натурального меха. Но только мехом вовнутрь. Снаружи — ткань. Кто разбирается — видит и понимает. Не надо для этого вытаскивать наружу ярлыки модных домов, выставлять напоказ лейблы Gucci или Prada. «Тихая роскошь» — что в одежде, что в дизайне жилища — основывается на продуманной цветовой гамме, на качестве материалов. Такая вещь служит долго, и она не выходит из моды. Люди из той же социальной группы мгновенно считывают такие сигналы, видят, кто перед ними.

Престиж выражается не только в выборе визуальных решений, материалов и технологий. Серьезный подход предполагает, что дом будет служить долго, а хозяин не потратит много времени и усилий на поддержание его в должном состоянии. (Мы об этом говорили в предыдущем материале — «Время как ресурс». Об этом же — известная фраза, которую приписывают Ротшильду: «Я не настолько богат, чтобы покупать дешевые вещи».) Не менее важен выбор места, социального окружения.

‒ Какие изменения происходили с начала «нулевых», когда, собственно, и стали появляться первые девелоперские коттеджные поселки?

‒ На середину и конец «нулевых» пришелся бум деревянного домостроения, в том числе и в дорогом сегменте. Мне кажется, сейчас эта волна идет на спад, по крайней мере, в бизнес-классе и в премиальном сегменте.

Дерево — прежде всего фахверковые дома и, условно говоря, Honka-style. Сейчас растет доля домов из дерева в эконом-классе: популярно все, что связано с каркасными конструкциями. В более дорогих сегментах их все чаще замещают монолит или газобетон. Дело не только в моде. Важна экономика: хорошее деревянное домостроение — история достаточно дорогостоящая. Себестоимость квадрата в каменных домах существенно ниже. Предпочтения все в большей степени определяются размером кошелька. Тезис «Мне все равно, сколько это будет стоить» — больше не звучит.

‒ Каркасные решения проникают в бизнес-класс?

‒ В целом идет плавная девальвация премиального сегмента. Из-за ограниченного спроса. Себестоимость растет, происходит постепенное смещение: те технологии, которые недавно были прочно привязаны к эконом-сегменту, люди пытаются примерять к большим площадям и премиальным локациям.

‒ Почему у нас так мало — да почти вовсе нет — известных архитекторов, которые прославились бы постройкой индивидуальных домов?

‒ Архитекторы топ-уровня редко занимаются такими проектами. И в Петербурге мало покупателей, которые могли бы нанять известного архитектора. Было бы интересно, если бы ведущие мастерские занимались разработкой серийных, типовых загородных домов в каком-то определенном стиле. С вариантами, с масштабированием, но выполненных в определенном ключе. Москва уже идет по этому пути. В Подмосковье все больше поселков массовой застройки, где архитектурные особенности зафиксированы достаточно жестко. Это не обязательно должен быть определенный подрядчик, но есть строгие требования по архитектуре. К нам это тоже придет, но позже. Мы в «Обереге» — одни из первых, кто пошел по этому пути. У нас дома разные по площади, но в одном ключе, с повторением определенных элементов и решений.

‒ Кто разрабатывал для вас проекты домов в КП «Оберег»?

‒ Руслан Васякин, один из ведущих специалистов галереи дизайна Bulthaup.

‒ Как можно обозначить стиль, который сегодня является (или считается) самым модным, самым востребованным?

‒ Назовем это примерно так: «дома с плоскими кровлями». Это одна из особенностей, но она ключевая. Она во многом определяет и выбор материала, и функциональное зонирование. Маркирует подход к обустройству загородной жизни. Такие дома приобретают все большую популярность и в Европе, и у нас. Как правило, в основе — железобетонные или каменные модули, состыкованные разными способами, но все с плоскими кровлями.

‒ То есть что-то из конструктора «Лего»?

‒ Примерно так. Развитие загородного домостроения идет по спирали. Применяются давно известные, устоявшиеся технологические решения, но с использованием новых материалов, на новом уровне. Это, кстати, позволяет экономить. Одна из причин — в странах «первого мира» очень высока стоимость рабочей силы, ручного труда, связанного с внешней и внутренней отделкой дома. Сегодня это составляет 50‒70% стоимости квадратного метра.

‒ Плоская кровля тянет за собой еще какие-то особенности?

‒ Она может быть обустраиваемая, ее можно использовать. И она дает возможность комбинировать разные объемы. Кроме того, такой дом смотрится ниже, его легче вписать в ландшафт. И он требует меньше материалов.

‒ Список дорогих локаций, которые «на слуху», ограничен: Репино, Солнечное, Зеленогорск, Ленинское... Возможно, Юкки, Стрельна и Вырица. Этот перечень как-то расширяется последнее время?

‒ Пожалуй, нет. Новых дорогих локаций не появляется. Возможно, это связано с многолетней экономической стагнацией и с тем, что практически нет «ротации элит» — в основном одни и те же люди, одни и те же семьи. В прослойке (условно) богатых людей нет ни прироста, ни обновления. К тому же многие уехали или планируют отъезд.

В этом сложность: престижность подразумевает развитую инфраструктуру. Даже самый дорогой коттеджный поселок не будет востребован, если вокруг нет соответствующего окружения. Элита не существует автономно, она опирается на развитый и многочисленный upper middle class. На северном направлении я пока не вижу возможностей для появления новых престижных локаций. Про южное мне сложно говорить — мы там практически не работаем…

‒ Почему, кстати?

‒ Возможно, как раз потому, что юг (Петергоф, Стрельна) — это больше про дворцы и царские резиденции. Или усадьбы придворных. А наши проекты — в принципе про другое. Много лет назад мы начинали с фахверковых домов. И я столкнулся с тем, что на южном направлении такие дома не воспринимались. Домов HONKA там, кстати, тоже нет. Отчасти сказываются исторические особенности, отчасти — климатические и ландшафтные. Так что на выбор архитектуры и материалов влияет не только мода, но довольно сложное сочетание факторов.

‒ Отказ от «понтов» ради смыслов — это долгосрочный тренд?

‒ Однозначно. И никакой альтернативы нет. Деньги приходят к людям умным и практичным, которые могут планировать свою жизнь и работу на долгосрочной основе. Не так важно, в какой отрасли. Случайных заработков сейчас нет. Пошли деньги с новых направлений, но основной тренд не изменится. Мы взрослеем как общество, как социум. Этот процесс невозможно отменить.

Я уверен, что мы вернемся в нормальное русло, невзирая на неблагоприятные обстоятельства. Иначе бы я строил не дома в КП «Оберег», а бункеры на заказ…

Комментарии экспертов

Алексей Потапов, девелопер проекта «Ламбери»:

‒ Архитектурный стиль, ландшафт играют большую роль в предпочтениях покупателей. Через эти особенности происходит своего рода фильтрация покупателей — по вкусам, достатку, даже по образованию и социальному положению. У каждого клиента существует свое представление об идеальном доме. Это связано с культурологией, образованием, опытом проживания в определенной местности. Именно эти факторы формируют картинку предпочтений, влияют на принятие решения.

Сложно покупателю, предпочитающему «хай-тек», предлагать викторианский стиль. Хотя у нас в поселке «Ламбери» есть примеры, когда в классических английских коттеджах внутренняя отделка сделана в стиле «хай-тек». Наверное, в этом и состоит особенность английской архитектуры — смешение различных стилей. Англичане много путешествовали по своей когда-то безграничной империи, открывали для себя новые стили, особенности. Это формировало их вкусы и предпочтения.

Архитектура играет важную роль, но это все же не решающий фактор. На первом месте — локация, бюджет, насыщенность ближайшего окружения объектами инфраструктуры. И только потом архитектура.

Дмитрий Зюзин, генеральный директор ГК «Т-Дом»:

‒ Сейчас клиенты не принимают решение о покупке дома спонтанно, что дает им возможность не спеша выбирать варианты по материалам и архитектуре строения. Все зависит от характера человека, который в семье принимает решение о приобретении дома. Именно в семье. По статистике, 3/4 всех покупателей недвижимости в РФ — это семьи с детьми.

Мода на определенный стиль если и существует, то уж точно не в одной и даже не в трех ее разновидностях. Это как в искусстве: кому ближе классика, кому — авангард, а кто-то свои предпочтения и на ходу меняет. Точно нет спроса на хибары и на дома в стиле 90-х: огромные 1000-метровые дома с 20‒30 комнатушками по 9‒15 квадратных метров. По материалам: всегда в тренде более долговечные материалы, проверенные тысячелетиями (например, кирпич), со сроком до капремонта 100‒120 лет. Но поверьте: если покупателю предложат такой же дом, только каркасный (то есть с гарантийным сроком до капремонта всего 25 лет), а его цена уменьшится всего на 1/3, то соображения приобрести дом, которым будут пользоваться внуки, сразу уйдут на второй план. Вот такая «рациональность»...

Максим Хансон, руководитель АН Insiders:

‒ Некоторые путают конструктив и архитектуру. Под стилем понимается материал, что неправильно. Фахверк можно выполнить и в монолите. Но в массовом сознании закрепились стереотипы. Определенный стиль ассоциируется с конкретным материалом. Скандинавский или финский стиль обычно предполагает клееный брус. Монолит — современные простые формы (например, дома в КП «Оберег»). Это направление можно назвать северно-европейским стилем или «хай-тек». Постройки такого типа еще называют «дома с плоской кровлей». Это часть движения от внешней выразительности к подчеркнутой функциональности. Эксплуатируемая кровля позволяет находиться на таком уровне, где соседи не мешают…

На показатели площади сегодня никто жестко не ориентируется: смотрят на количество спален, количество комнат.

Представления покупателей формируются в условиях недостаточной «насмотренности» и умеренной образованности в вопросах архитектуры. Раньше больше ездили, и это давало стимул рынку. Последние несколько лет в массовом сегменте преобладают стандартные постройки, и все упирается в бюджет. В элитном с архитектурой чуть лучше, но много классических проектов, которые на вторичном рынке не актуальны. 

Внешний вид, визуальное решение — основной критерий после того, как человек определился с локацией и бюджетом. Дальше он решает: нравится/не нравится, есть эмоциональный отклик или нет.