56
0
Елисеев Никита

Осень в раю

Промокло все. В траве и на ветках столько яблок, что впору вспомнить великий кадр из великого фильма: лошади поедают яблоки. Красиво и печально. Если Адам и Ева съели яблоко, значит, в раю была осень. Сходится. Выгнали-то их в зиму бытовых неустройств. Отпуск кончился. За работу. Осень — время познания. Почитаем умные книжки, поглядывая на яблоки под осенним дождем.

Мнимые числа

Если вся Россия — петровская модель, то уж Петербург — модель Петра par exellence. Его созда­ние. Два друга, сотрудник Публички Дмитрий Равинский и многолетний постоянный читатель библиотеки Евгений Белодубровский, собрали и издали мистические рассказы писателей Серебряного века о Петербурге. Снабдили сборник умным предисловием, великолепными комментариями, показали, словом, как ощущали Петербург накануне его катастрофы талантливые
и образованные современники. Собраны малоизвестные писатели, второй эшелон: Сергей Ауслендер, Александр Иванов, Александр Рославлев, Сергей Михайлов, Александр Измайлов, Иван Лукаш. Но до чего профессионально работал этот второй эшелон! Становится понятен взлет русской литературы 10–20-х годов ХХ века. Если молоко таково, то что же сливки? В предисловии к сборнику высказана весьма нетривиальная мысль. Как и всякая нетривиальная мысль, она вопросительна. Почему город, построенный рационалистом по рациональному плану, стал самым мистическим, самым иррациональным городом России? Поневоле вспомнишь, что другом гения и рационалиста Петра был другой гений и рационалист — Лейбниц, открывший мнимые числа, нечто невообразимое и непредставимое: корень из отрицательных чисел. Одна вещь в этом сборнике бьет очень больно. О каждом писателе в комментариях дана обстоятельная биографическая справка. И только про одного (автора самого страшного и самого провидческого рассказа «Крюков канал») Сергея Михайлова говорится: «Сведений об авторе не имеется». Далее — где и когда печатались его рассказы. И все. Ничего осталось. Только тексты. Мнимое число.

Ночной принц.
Сост. Е. Б. Белодубровский,
Д. К. Равинский. — СПб., Реноме, 2018.

Игроки

А чего еще может желать для себя писатель? Он писатель, этим и интересен. Кажется, поэт Валерий Шубинский с этим не согласен. Может, оттого, что он автор очень интересных жизнеописаний Ходасевича, Хармса, Гумилева, Ломоносова. Может, от­того, что он вышел из позднего ленинградского андерграунда. Противостояние официозу, бесцензурное существование выявляет правоту афоризма Ильи Сельвинского: «Биография для настоящего поэта не менее важна, чем его стихи». Кроме того, сколько сгинуло безвестно тех, кто противостоял официозу, от скольких остались только строчки. «Я хочу, чтоб разделся Бог, я хочу, чтобы Бог был наг» (Александр Морев). Сборник литературоведческих и критических статей Шубинского «Игроки и игралища» хорош многим, но еще и вот этим: прорастанием текстов из биографического и исторического контекста Хармса, Заболоцкого, Алика Ривина, Дмитрия Максимова, Андрея Николева (Егунова), Всеволода Петрова (всех не перечислишь) — из их жизни и судьбы. Тем более что контекст у всех героев статей Шубинского один. Задача одна: как не проиграть все видящему, все слышащему, все давящему государству; как уцелеть в пору социальной катастрофы, сохранив душу живой; как пронести свой талант сквозь потраву.

Игроки и игралища: Избранные статьи и рецензии.
Шубинский В. — М., Новое литературное обозрение, 2018.

 

Адвокат дьявола

Евгений Анисимов — крупнейший специалист по эпохе Петра — написал удивительную книгу «Петр I: благо или зло для России?». Конструктивный принцип этого текста — принцип работы католической беатификационной комиссии. В эту комиссию обязательно включен «адвокат дьявола». Он должен собрать все свидетельства против причисления того или иного человека к лику блаженных. Если его показания будут опровергнуты, человека признают блаженным. Каждая глава книги Анисимова — спор сторонника и противника Петра. Сначала аргументы выкладывает сторонник, затем — противник. Читатель решает сам, кто был убедительнее. Автор не навязывает свою точку зрения. И я не буду. Только один свой вывод я сформулирую. Почему во Франции, скажем, невозможна книга «Генрих IV: благо или зло?»? Потому что эпоха Генриха Наваррского давно прошла. Суд истории свершился. А у нас эпоха Петра не кончилась. Мы (несмотря на все потрясения нашей истории) до сих пор существуем в модели, созданной его гением. Поэтому Петр для нас современен, актуален. Поэтому мы и не можем решить, благо он или зло. Одно несомненно — гений.

Петр I: благо или зло для России?
Анисимов Е. —
М., Новое литературное обозрение, 2017.

comments powered by HyperComments