184
0
Елисеев Никита

Post mortem

Есть одна строчка у Бунина, которая царапает сердце: «В окнах по-осеннему рано зажгли свет».
Вот и вечер августа готов. И так это печально.
Кончается лето, скоро холод, дожди, облетающие листья. В такую пору печаль вышибают печалью. Клин — клином. Вспомним об умерших. Post, так сказать, mortem.

Поэт

Алексей Ильичев. Родился в 1970-м, умер в 1995-м. Утонул в подмосковной речке. Окончил Радиотехнический техникум. Служил в армии. Работал на стройках. Писал стихи. Занимался в знаменитом ленинградском ЛИТО Вячеслава Лейкина. В 1994 году издал (тиражом 200 экземпляров) книгу стихов «Наброски равновесия». Спустя больше 20 лет его друзья собрали ненапечатанные им стихи, снабдили их рисунками и своими предисловиями, издали, чтобы мы знали: был такой в Ленинграде-Петербурге гениальный юноша. Полина Барскова с поэтической точностью завершает свое предисловие: «Одной из моих любимых фантазий является такой поэтический закоулок рая, где производятся, происходят, звучат новые стихи Веневитинова, или Павла Когана, или вот Лермонтова… И Леша там, рядом с ними: продолжает». Другая его подруга, Наталья Абельская, тоже весьма точно охарактеризовала поэта. Через отрицание: «Леша был человеком без внешности и без личной истории. Он мог выглядеть трудным подростком, пареньком с рабочей окраины, студентом философского факультета, начинающим композитором. Реальная биография: восьмилетка, техникум по какой-то электрической специальности, армия, работа на стройке — имела к нему такое же отношение, как одежда к телу. Он не был привязан ни к одному социальному статусу». То есть был поэтом par excellence. По преимуществу. Автор третьего предисловия, Ростислав Клубков, и пытается его определить как поэта. Это почти невозможно. Лучше цитировать то, что понравилось. Каждому нравится свое. Полине Барсковой, например, — стихотворение «Бегущий из Содома человек напоминает то стрелу, то столп…» с жутким, врезающимся в сознание финальным образом: «Или как черви заползают в рану, или из раны вытекает кровь». А мне — вот такое четверостишие: «Печаль моя не знает языка, а кабы знала, вряд ли б говорила. А так мы говорим издалека, как с баобабом говорит горилла».
 

Сдача в плен.
Ильичев А.— СПб.: «Геликон Плюс», 2018.

Мастер

Самуил Лурье. Родился в 1942-м в эвакуации, в Свердловске. Умер в 2015-м в университетской клинике на побережье Тихого океана в американском городе Пало Альто. Лучше всех писал по-русски в начале XXI века. Умел в короткий текст втиснуть и мысль, и интонацию, и ритм. В 2012 году Музей современного искусства Эрарта предложил Лурье прочесть лекции о писательском мастерстве. Он был тогда уже очень болен. Прочел три лекции. После его смерти его молодые друзья Сергей Князев, Ирина Бакланова, Светлана Миронова расшифровали видеозаписи лекций, сделали печатный текст, прокомментировали, издали. С прагматической точки зрения небольшая брошюрка, в общем-то, бесполезна. Писательство — штучное дело, индивидуальное. Кому-то необходимо, чтобы, пока он пишет, было тихо и одиноко, а кому-то — чтобы обязательно за его спиной кто-то ходил, обращался с бытовыми вопросами. «Каждый пишет, как он дышит» — прерывисто или в полную грудь, это уж зависит от атмосферы. Единственный совет, который Самуил Лурье дает в и начале своих лекций, и в конце, — апокрифическое обращение Флобера к Мопассану: «Будьте гениальны, о друг мой! Умоляю Вас, будьте гениальны!» — верен, но, согласитесь, неисполним. Зато эстетически книжка «Техника текста» безукоризненна. Печальна­, остроумна, умна.

Техника текста. Лекции, прочитанные в Музее современного искусства Эрарта
в 2012 году.
Лурье С.— СПб.: «Симпозиум», 2018.

Хранитель

Олег Юрьев. Родился в 1959 году в Ленинграде. Умер в 2018-м во Франкфурте-на-Майне. Поэт, драматург, романист, литературовед, критик. Один из последних представителей «второй неофициальной культуры» Ленинграда. «Камера хранения» Олега Юрьева была последним, кажется, андеграундным изданием перед перестройкой. («Сумерки» были предпоследним.) Книжка Олега Юрьева «Неспособность к искажению» готовилась к печати еще при его жизни, а вышла после смерти. Случается. Статьи, эссе, интервью. Название неудачное и удачное, поскольку, как у всякого ярко талантливого человека, у Олега Юрьева была способность к искажению. Плодо-
творная способность. Что-то благодаря этому искажению вылезало необычное, интересное, понуждающее думать. В этом его особенность. Ты можешь быть с ним не согласен, чаще всего не согласен. Но тебе интересно. Недаром Олег Юрьев писал пьесы. Его эссе о Зданевиче, Риде Грачеве, Хоминском, Грине, Михаиле Еремине, Анне Радловой выстроены драматургически. В них есть сюжет, тебя ведут по извивающемуся коридору, за каждым поворотом которого ты ожидаешь узнать что-то новое или подумать о чем-то, на что прежде не обращал внимания, и ты не обманываешься. Тебя не обманывают. Еще одна особенность: за исключением (может быть) Грина, все герои эссе Олега Юрьева — литераторы не очень известные. К сожалению. Вот он и старается восстановить справедливость. Никто не может быть забыт в культуре: ни гениальный Рид Грачев, ни автор одного-единственного романа «Возлюбленная псу» Хоминский. Культура хранит все. Иначе она не культура.

Неспособность к искажению.
Статьи, эссе, интервью.
Юрьев О. А. — СПб.: Изд-во Ивана Лимбаха, 2018.

comments powered by HyperComments