1455
0
Желтов Артём

Проверено временем: реконструкция старых дач

В романах из жизни развитых капстран иногда встречаются понятия «старых» и «новых» денег. «Старые», заработанные поколениями эксплуататоров, куда более ценны, надменны и социально значимы, чем «новые», полученные быстрыми спекуляциями.

Люди с «новыми» деньгами мечтают войти в круг общения «старых», но те не принимают к себе грубых и диких самозванных нуворишей. Принадлежность к «старым» деньгам определяется умением и навыками быть богатым. В частности, большое значение имеет отношение к недвижимости.

В России поколения людей, знавших, как жить богатыми, были сметены революцией и войнами; недолго продержались и пришедшие за ними. В итоге «новые русские» к умению быть богатым приходили своим умом, путем проб и ошибок.

Особенно четко это видно в загородной недвижимости: немым укором взирают со Всеволожских полей на редких путников аляповатые замки красного кирпича. Однако кое-где остались следы «старых» денег и соответствующего образа жизни. Скрытые в тенистых аллеях дачи начала века до сих пор служат напоминанием об истинных ценностях загородной жизни. И есть люди, которые посреди изобилия коттеджных поселков сознательно отдают предпочтение реконструкции проверенных временем и жизнью дачных домов.

Мы беседуем, сидя на настоящей тенистой веранде за круглым столом, покрытым молочно-белой скатертью с кистями и вышивкой, где-то под Сосново. Наш собеседник, хозяйка дачи — профессиональный дизайнер. Она проектирует и выполняет интерьеры немыслимого уровня элитности. Вера Владимировна называет себя «бабушкой русского дизайна»: этим делом она занимается с начала 1990-х, и про элитное жилье знает все. Но в ее собственном доме ни одного атрибута современной загородной «элитки» не найти.

Дом, утопающий в мозаичной тени сосен, — это самая настоящая старая генеральская дача примерно начала 1950-х. Когда-то к ней прилагался участок леса площадью в гектар. Перипетии жизни привели к тому, что к нынешней владелице домовладение попало заметно уменьшившимся — соток примерно до 30. По сегодняшним меркам — вполне элитно, тем более что прежние владельцы сельским хозяйством и прочим окультуриванием не занимались в принципе, сохранив вместо этого сосновый лес с черничником и белыми грибами. Новые владельцы пошли по тому же пути, правда, подлесок и заросли малины все-таки вычистили и по моде добавили к ландшафту несколько молодых яблонек и хвойников. Не обошлось и без обязательной дачной грядки с клубникой для внучки и укропом-петрушкой для общего колорита.

Дом площадью в 100 кв.м (около 180, если учитывать пока не обустроенную мансарду) был построен со всей тщательностью и с соблюдением технологий деревянного домостроения. Несущие стены — из хитро перерубленного бруса, снаружи грамотно зашитого по каркасу толстой крашеной доской. Это сейчас модно оставлять несущие деревянные стены голыми, но вообще-то через несколько десятков лет в нашем климате дерево сгниет, и никакие волшебные пропитки не помогут. Раньше в богатых домах стены зашивали доской: облезла — покрасил, сгнила — сменил, а стены как стояли, так и стоят.

«Старым» деньгам вообще свойственно внимательное и аккуратное отношение к собственности: ее нужно оставить внукам в хорошем состоянии. Менять доски новым владельцам, кстати, не потребовалось: снова покрасили, и все дела. Хотя, по словам хозяйки, подбор краски, чтобы легла без проблем на ядреный, простоявший полвека и не покоробившийся корабельный сурик, был той еще задачкой.

Внутри дома — дощатые крашеные полы, приятно холодящие в жару босые ноги, деревянные крашеные потолки, бумажные обои в цветочек и удивительно органично, по-родному выглядящая в этом контексте деревянная мебель из IKEA. На окнах — белые занавески, на стенах — коллекция привезенных из разных уголков Европы расписных тарелочек.

По словам хозяйки, такой вот декор —  самое главное в интерьере. Без занавесок — и дом не дом, стена без тарелочек выглядит голой, да и вообще, что за жизнь без этого приятного глазу и душе бытового целлюлита, которому нет места в пустоте и минималистичности элитного городского жилья? Отапливается дача по старинке, дровяными печами-голландками, по одной в каждой комнате. Сначала это кажется нерациональным, но потом понимаешь, что здесь содержится глубокая житейская мудрость: в холодную погоду можно протапливать только нужные помещения, а из соседних холод сквозь пятисантиметровые дубовые двери ручной работы не проникает.

Дом вообще полон маленьких технологических нюансов, которые сначала и не замечаешь: специальные колобашки между наличниками и плинтусами, хитро пригнанные оконные рамы, на дымоходе — распушка в шесть кирпичей, все перечислять не хватит и трех статей. Интересно, что в современном элитном загородном строительстве весь этот savoir vivre, говорит Вера Владимировна, отсутствует в принципе.

Проектировщики и строители даже самых модных деревянных домов соответствующее знание утратили без возможности восстановления. Поэтому сегодня старые дачи, построенные до 1960-х годов, — это невозобновляемый ресурс: даже если очень захотеть, то собрать с нуля, осмыслить и воплотить в материал всю эту технологию жизни и строительства уже не удастся. Больше домов такого качества не будет. Ценителям приходится тщательно восстанавливать и любить уже имеющееся.

Самое трудное, по словам владелицы, после приобретения дачи было удержаться и не начать все перестраивать. По профессиональной привычке первой мыслью было: «До основания! А уж затем…» Но после капитальной уборки настроение изменилось, а внимательное обследование дома показало, что с точки зрения конструктива он в полном порядке. Тогда было принято решение полюбить его таким, какой он есть, и попробовать спасти. За несколько лет хозяева поменяли крышу, покрасили стены, а внутри сделали щадящий ремонт в стилистике середины века и аккуратно вживили сауну и санузел.

Знакомые богатые люди сначала крутили пальцем у виска: ни одной тротуарной плитки? Печки? Деревенский клозет?! Правда, потом начали потихоньку приводить внуков на экскурсию, как в музей. То, что результат превзошел все ожидания, стало окончательно понятно после того, как в гости к Вере Владимировне наведался один заказчик-олигарх, только что прикупивший себе чрезвычайно недешевое домовладение в очень элитном поселке. Он походил между соснами, посидел на веранде, потрогал печки, лег на покрытый разноцветными тряпочками диванчик и сказал: «Хорошо-то как. По-моему, я купил какую-то фигню».

Все эти современные элитные дома, уверяет хозяйка, выморочены и некрасивы. Ни один из них не хочется написать на картине (даже как часть пейзажа). Люди старше тридцати помнят свое детство, помнят лето в деревне, витражи, занавески, цветы в вазе и фотографии на комоде. Они пытаются вернуть то воспоминание, ощущение детского счастья. Но нельзя воссоздать старый дом с помощью газобетона, стеклопакетов, гипрока, галогеновых светильников и венецианской штукатурки. Как ни старайся, все равно получается «коттедж». Даже мебель в стиле гранж не спасает. Да и собственное величие не позволит ограничиться жалкой сотней метров жилого пространства, надо как минимум триста, а лучше больше, и спальню метров сто. И обязательно стеклопакеты, чтобы не пустить ни ветерка, ни звука снаружи. А душа хочет совершенно не стильных дурацких обоев в цветочек, картин на стене, треска поленьев в печке. И чтобы ждали мягкие потертые тапочки и чашка кофе на веранде.

если понравилась статья - поделитесь:

сентябрь 2011