870
0
Дмитрий Синочкин

Начальник Службы государственного строительного надзора и экспертизы Петербурга  Александр Орт: «Мы не всегда готовы к той свободе, к которой стремимся»

Контролер — не та работа, которая вызывает симпатии у большинства окружающих. Однако именно сейчас, когда государственное лицензирование в строительстве вот-вот отменят, а самоконтроль со стороны профессионального сообщества вызывает много (вполне естественных) вопросов, проблемы контроля в строительстве выходят на первый план.

- Как изменились функции и задачи вашей Службы за последние год-полтора?

 

– Идея создания Службы госстройнадзора заключалась в том, чтобы каким-то образом приблизить то «единое окно», которое многие годы декларировало правительство. Иными словами, оптимизировать порядок получения разрешительной документации для застройщиков.

И получилось? Эта идея действительно работает?

– Петербург, как всегда, оказался передовиком, новатором... 

Полигоном...

– Да, полигоном. Такая Служба действительно создавалась у нас, и это было впервые в России. Я считаю, что 2007 год был переходным. Можно с уверенностью сказать, что мы сегодня близки к реализации этой идеи. Если б не происходившая параллельно передача части полномочий из федеральных органов в регионы, мы бы, наверное, уже в прошлом году отработали всю схему.

У нас бюрократические реформы — вещь постоянная. Они никогда не закончатся…

– Да. В начале функции Службы определялись так: и надзор, и экспертиза. Экспертиза — это первичный контроль над проектной документацией, а далее вступает в силу государственный строительный надзор, который на местах, на строительных площадках, контролирует исполнение постановления правительства и утвержденного проекта.

Больше или меньше стало нарушений за последнее время?

– В 2007-м увеличились штрафы до 1 млн рублей, и сразу начало сокращаться число нарушений, в первую очередь — меньше стало строительства без разрешений.

До миллиона рублей… Этого даже на самую маленькую квартирку не хватит. Застройщику надо всего-то две-три дополнительные квартиры продать, пусть и построенных с нарушениями, и он окупит свои штрафы многократно. Действенен ли рычаг?

– Для крупных организаций штраф действительно не очень ощутим. Даже миллион.
Но факт остается фактом. Многие организации — не крупные, а мелкие, которые ранее многое позволяли себе, — стали очень внимательно относиться и к подготовке документации, и к моменту начала строительства.

Но ведь дальше, если фирма не выполняет предписания и продолжает нарушать, можно будет закрывать стройку…

– Законодательство такие меры предусматривает, но, к сожалению, не все так просто. Мы имеем право приостановить строительство на срок до 90 суток, но только через суд. А здесь появляется много проблем, потому что судебное делопроизводство и практика еще далеки от совершенства. У нас уже есть примеры, когда мы в течение года добивались приостановки строительства на объекте, где действительно были вопиющие нарушения.

То есть, пока вы будете останавливать стройку через суд, они уже придут к вам за разрешением на ввод в эксплуатацию...

– Фактически так и получилось. В этой ситуации необходимо действовать, как на Западе. Чтобы предъявлять иск не по месту совершения нарушения (у нас ведь двадцать районов, и в каждом — свои суды), а по месту регистрации контрольного органа. Главное, чтобы суд мог рассмотреть эту ситуацию в течение трех суток.

То есть нужен такой специализированный административно-строительный суд?

– Конечно. Это было бы очень полезно. Думаю, гораздо эффективнее и лучше, чем штраф в миллион рублей.

Можете назвать хотя бы некоторые компании, которые систематически нарушают действующие порядки?

– Например, ИВИ-93, компания «Воин», вот я как раз о ней и говорил ранее. Пока мы обращались в суд, они успели и нарушить, и исправить, и представить документы.
Такой список существует, но фирмы, конечно же, развиваются по-разному. Кто-то уходит вперед и ликвидирует все нарушения, прислушивается к надзорным органам, кто-то пытается нас игнорировать — с ними мы немножко иначе работаем.

Будет ли отмена гослицензирования способствовать усилению контроля, улучшению качества строительства? Могут ли сами строители регулировать собственную отрасль?

– Как у всего нового, здесь пока нет основательной законодательной базы. Процесс идет методом проб и ошибок. Многие организации считают, что это их прерогатива, что они будут сами «рулить». Мы не всегда готовы к той свободе, к которой стремимся. Говорят: «Дайте нам, и мы все решим». Но даже с учетом создания саморегулируемых организаций государство не отменяет тот надзор и контроль, который должно осуществлять на своем уровне.

Но ведь в зонах малоэтажной застройки — до четырех этажей — и до отмены лицензирования порядок был намного проще. На индивидуальных участках — особенно.

– Правительство ставило такую задачу перед надзорными органами и перед администрациями: снизить бюрократические барьеры для индивидуальных застройщиков. Первые попытки были именно на таком строительстве, которое, прежде всего, не подлежит экспертизе. А если объект не подлежит экспертизе, он не подлежит и государственному надзору. Считается, что на малоэтажных объектах, объектах индивидуального строительства не должно быть никаких серьезных нарушений именно
в конструкциях.

У вас нет опасений, что именно массовое развитие малоэтажки будет сопровождаться массовыми отклонениями от стандартов качества?

– У нас уже есть некоторый негативный опыт. На первом этапе, когда масштабное строительство малоэтажного жилья разворачивала компания «Содружество», к ней были претензии по монтажу, по качеству.

Учли?

– Да. Они создали свое производство. Серия получилась хорошая, толковая. Жизнь учит. А самое главное — жильцы, граждане, которые участвуют в процессе строительства.

Хотя я противник этого. Я всегда говорю: «Если вы покупаете автомобиль, вы же не стоите у конвейера? Пришли и выбрали марку по своим средствам, по цвету, по скорости, по всем экономическим показателям». Мы должны достичь именно этого и в индивидуальном строительстве.

Какие контрольные и надзорные функции государство должно оставить за собой в любом случае?

– На мой взгляд, лицензии должны остаться для тех организаций, которые выпускают ответственные конструкции: колонны, фермы — те элементы, которые обеспечивают надежность и безопасность возводимых строений. Государство должно обеспечить безопасность и надежность, чтобы, входя в универсам или въезжая в квартиру, гражданин всегда был уверен в том, что нигде ничего не упадет и крыша не поедет.

Самостроя меньше стало за последние годы?

– Меньше. Опять же — в связи с увеличенными штрафами. Организации, в особенности мелкие и средние, такого уже себе не позволяют.

А граждане?

– И граждане теперь очень трепетно к этому относятся. Поток частных лиц, которые занимаются индивидуальным жилищным строительством, с начала этого года вырос в разы.

В прошлом году таких обращений было очень мало, возможно, из-за незнания законов. Можно проигнорировать нас в начальной стадии, можно забыть про нас в процессе индивидуального строительства, но на завершающем этапе — нет. Потому что все равно надо оформлять построенное в собственность. Тут как раз и возникает проблема: а где первоначальные согласования проекта?

Если я строю что-нибудь для себя, а потом буду регистрировать по упрощенному порядку (по «дачной амнистии»), разве я обязан обращаться за разрешением на строительство?

– На все объекты индивидуального строительства, предназначенные для постоянного проживания, необходимо получить разрешение.

Для этого по Градостроительному Кодексу вы обязаны иметь три документа: правоустанавливающие документы на землю, градостроительный план и согласованный план размещения строения на участке. Пока разрешение на ИЖС выдает Служба.

Я считаю, что вопросами выдачи разрешения на строительство должна заниматься местная администрация, как это было раньше. Я надеюсь, что в ближайшее время выйдет соответствующее распоряжение городского правительства, уточняющее полномочия местных администраций.

Когда вы свой дом строили, тоже получали разрешение на строительство?

– Я построил два дома. Первый — своими руками в садоводстве, и тогда было достаточно согласования с председателем садоводства, проблемы были только в материалах, в доставке, но это совсем другая история. Следующий дом я купил уже готовый, и на него уже были документы. Дом находится в Павлово-на-Неве, 1956 года постройки, он раньше принадлежал директору Ижорского завода. То есть строился еще с теми ограничениями: не больше чем 6 на 6, не выше 14 метров до конька… После снятия ограничений появились пристройки с разных сторон, второй этаж. Мне пришлось его переделывать, но в старых границах. Третий дом, где я сейчас живу, был куплен недостроенным, без внутренних сетей и отделки.

То есть вам в собственную службу обращаться не пришлось?

– Сложилось так, что документы везде были, от меня требовались только работа и фантазия.

Беседовал  Дмитрий Синочкин


 

если понравилась статья - поделитесь:

comments powered by HyperComments

июль 2008