Как пройти в библиотеку

В библиотеку Алваро Аалто мы попали случайно. Ну, какая погода была в мае, помните. С неласковым снежком и навязчивым «околоноля». Не для прогулок, в общем. А тут — дверь открыта, хотя воскресенье. Внутри тепло. Во всех смыслах.
Средних лет дама (замдиректора, как выяснилось) целый час рассказывала нам — семерым заблудшим экскурсантам — историю в деталях. Как это здание строили, почему свет через крышу, как реставрировали (20 лет, под надзором финнов же). 
Чувствовалось, что человек полностью в теме, от читательской логистики и до кондиций дерева для уникального акустического потолка в концертном зале…
На прощанье она дала визитку. Распечатанную на тонкой бумажке. Из чего нетрудно было заключить, что 8 млн евро (деньги на проект давали и финны, и наши) таки действительно пошли в дело, а не как у нас бывает. 
Говорят, бывают места намоленные, а это начитанное.
Грустно, конечно. Но справедливо.
Потому что у нас главные шедевры архитектуры — это или церковь, или место постоянной дислокации начальства. Для разнообразия — крепость. Все. Можете напрячься и припомнить, в каком из крупных российских городов главный памятник — специально построенное здание библиотеки. («Ленинку» не предлагать — это эклектика весьма среднего уровня, впечатляющая разве что масштабом.)
Так что все по-честному.
Сильный эстетический диссонанс, шок от смены картинки, который возникает при переезде границы (хоть в ту сторону, хоть в другую) как раз и определен разницей 
в приоритетах.
Все остальное — следствие.
Ускользнувшие из-под империи финны построили образцовую библиотеку, придумали Nokia 3310 и создали лучшую в мире систему образования. Мы развалили остатки советской школы, воздвигли памятники Петру, Грозному и Владимиру и построили,
 с помощью японского архитектора и северокорейских работяг, стадион на Крестовском. (Про йотафон не будем, ладно?) И теперь со всей дури ломимся обратно в империю, хотя там только пыльные рамы да прошлогодняя моль.
А люди, в общем-то, те же. Объезжая коттеджные поселки на Вуоксе, все время натыкаешься на старые гранитные фундаменты: если можно выбирать — селимся примерно там же, где когда-то были финские хутора.
И, пересекая границу, наши российские и постсоветские граждане нередко оказываются удивительно успешны, хоть в Калифорнии, хоть в Германии. Так что (пока) никаких драматических расхождений в менталитете нет.
А есть искривление вектора. Глубина исторической колеи. (Это термин; по профессору Аузану, колея — это «институциональная инерция, которая удерживает страну в определенной траектории».) Движение по вечному кругу: от Владимира через Ивана к Петру, а оттуда обратно к Владимиру. За которым уже все более внятно маячит очередной, неведомо какой по счету, Грозный.
Так что лучше сделать шаг в сторону. Отойти на обочину, поваляться на травке. Подобрать локацию, в которой уж точно нет места ни телевизору, ни подвигу. 
А дому как раз есть.
В непогоду — заглянуть в библиотеку Аалто, согреться, погрустить, позавидовать. 
Это очень конструктивное чувство — зависть.
 
 
Удачи вам!
Дмитрий Синочкин

 

Архив номеров
Главный редактор
Дмитрий Синочкин