Страсти и власти

Бывает так: прицепится какая-нибудь фраза, как мотивчик шлягера, — и ходишь с ней весь день, крутишь по-всякому, ищешь, как половчее возразить человеку, который давно помер.
Вот так меня зацепила фраза Конфуция: «То, что перестало вас беспокоить, больше вами не управляет». Я, наверное, не люблю, когда мной управляют. По крайней мере, не люблю это сознавать.
В другой версии — «Как перестать беспокоиться и начать жить». Сборник рецептов от г-на Карнеги.
А что меня, собственно, беспокоит?
Вот кошка на даче ушла гулять, и уже пару часов ее нет. Такая тревога охватывает —
места себе не находишь. Надо работать, а буквы в слова не складываются. Вдруг ее какая ворона обидит?
Достойно ли человека заботиться о беспородной кошке больше, чем о судьбах державы или принадлежности сакрального полуострова?
Хотя судьбы тоже достают. Потому что из каждого утюга.
Провел эксперимент. Запустил в Фейсбук идейку: прогуляться по родному городу
с плакатом «Крым не ваш!». Результат предсказуемый, и все равно поразительный: есть и здоровая ироническая основа, но преобладают крайности. Эффект вентилятора — запах, консистенция, разлет субстанции по закоулочкам. С одного полюса истерика лобовая и с размахом, с другого — более интеллигентная, но с надрывом от беспомощности.
Уточняю: а если с этим лозунгом гулять по направлению к Фурштатской, к американскому, скажем, консульству? Задача ведь не в том, чтобы громко заявить о своих убеждениях (у меня их, кажется, и нет вовсе), а чтобы поставить систему в тупик неоднозначным или парадоксальным заявлением. Но это компьютер можно озадачить нерешаемой проблемкой, а система наделена классовым чутьем. И в самой постановке вопроса видит врага.
Нацбол Михаил Деев был в 2008 году осужден Орловским судом за листовку
«Долой самодержавие и престолонаследие». Курские эксперты углядели в этом тексте экстремизм в виде призыва «к насильственному свержению существующей государственной власти».
За белый лист в пикете, небось, повяжут сходу, и даже не полиция, а бдительные сограждане: «На что намекаешь, гад?!»
Диоклетиан в третьем веке нашей эры победил сарацин и сарматов, наказал египтян, отбился от персов и укрепил империю. Но осознал тщету и тленность своих свершений, удалился в Иллирию и занялся выращиванием капусты. О чем и заявил Галерию и Максимиану, прибывшим уговаривать его вернуться во власть. Так, может, с капусты надо было и начать? Дались ему эти сарацины…
«Старик из Одессы может есть всякую похлебку, из чего бы она ни была сварена, если только в нее положены лавровый лист, чеснок и перец». Человек, привыкший рассуждать и осмысливать, примет любую тягость, если понимает, почему и к чему движутся события. (Как Блок в 1918-м. Как Есенин — «С того и мучаюсь, что не пойму…») Лишить нас смысла — все равно что лишить воздуха.
«Денег нет, но вы держитесь». Конечно нет, откуда ж? Крейсер «Адмирал Кузнецов» сходил к Сирии за 10 млрд рублей, теперь встанет на ремонт за 65 млрд.
А на строительстве «Новых Крестов» сперли 10 млн рублей — как бы за изготовление «секретных ключей» от камер. То есть камеры в наличии, но закрывать нечем!
В том и печаль, что в происходящем вокруг нет ни причин, ни следствий, ни движущих сил. Броуновское движение микрочастиц абсурда.
Моя эпоха уйдет не с «хрущевками». Она уйдет, когда читатель перестанет чувствовать, откуда та или иная фраза, и чем связаны две мысли, поставленные рядом.
И это вовсе не означает конец времен. Наоборот: это делает непререкаемой власть ручья и заката. И — да: рыжая кошка, конечно, куда важнее возрождения империи.

Удачи вам!
Дмитрий Синочкин

Архив номеров
Главный редактор
Дмитрий Синочкин