1883
0
Елисеев Никита

Февраль – кривые дороги

Чем старше становлюсь, тем больше люблю февраль. Снега полно, и зябко, но уже сползают с крыш белые пласты и синички свиристят. И светает раньше, и темнеет позже, и, вообще, вот-вот и будет совсем тепло. Перелом времен. Почему-то в такое время хочется почитать что-то связанное с детьми, детское, воспитательное…

Другая история

В чем сила и в чем особенность детективов? Нам рассказывают некую историю, а в конце выясняется, что история была другая. Расположение фигур другое. Вообще-то, вся советская литература была таким детективом. Об этом думаешь, когда дочитываешь гениально составленный Самуилом Лурье (последняя редакторская работа этого замечательного литератора) сборник Л. Пантелеева «История моих сюжетов». Четыре мемуарных очерка, два детских рассказа сороковых годов, несколько поздних рассказов 1970-х, воспоминания Ксении Мечик-Довлатовой (сестры Сергея Довлатова) о трагической судьбе дочки Пантелеева, Марии; воспоминания Леонида Романкова о самом Л. Пантелееве – и одна история (миф, легенда) превращается в другую. И становится ощутимой мораль превращения. Его смысл. Трагический. Вот миф, легенда: был такой беспризорник, малолетний уголовник, а советская власть поместила его в детдом, и вышел из детдома порядочный, интеллигентный человек, хороший детский писатель. Вот настоящая история. Рос мальчик в богатой буржуазной (впрочем, отец выслужил дворянство кровью, так что дворянской) семье. Грянула революция. Отец исчез. Скорее всего, убили. Мать с детьми выгнали на улицу. Мальчик стал беспризорником. Да, попал в очень хороший детдом. Да, к очень хорошему, великому педагогу. Да, стал детским писателем. Прекрасным писателем. Да. Умудрился не замараться в крови тридцатых. Сам чуть не попал под топор. Чудом уцелел. А мораль? А вот какая мораль: почему уцелел Л. Пантелеев (Алексей Иванович Еремеев)? Уцелел не только физически (что было не просто, учитывая его дворянско-буржуазное происхождение), но и (простите за высокопарность) духовно. Потому что его очень хорошо воспитали: папа, мама, Викниксор (Сорока-Росинский). Вкачали базовые понятия общечеловеческой культуры, не зависящие от идеологии. Значит, ему надо заниматься тем же самым. Своей литературой воспитывать детей. Может, из них еще хорошие люди получатся. Что он и делал…

Пантелеев Л. История моих сюжетов. Рассказы, воспоминания. – СПб.: Геликон Плюс, 2015.

 

Воспитанный мальчик

Жил в Ленинграде, потом в Петербурге удивительный человек. Скульптор, живописец, мастер игрушек Лев Разумовский. Его дипломная работа «Летчик» стоит в парке Победы. Его игрушки были в каждой советской семье. Он был замечательный живописец. Яркий, жизнерадостный. Он воевал. Вернулся с войны без одной руки. Терпеть не мог, когда ему напоминали об увечье. Когда журналистка начала свое интервью с вопроса: «Так это вы – однорукий скульптор?», на этом ее интервью и закончилось. Перед смертью Лев Разумовский написал книжку о доблокадном детстве, начале блокады, о своей войне: «Нас время учило…». Это одна из самых честных и страшных книг о войне и блокаде. Но, раз уж мы начали свой разговор с Л. Пантелеева, остановимся на одной только теме этой книжки. Растет в интеллигентной ленинградской семье мальчик. Читает хорошие детские книжки Л. Пантелеева, Аркадия Гайдара. А потом оказывается в кровавом аду. Настоящем. И – опять-таки – уцелел. Физически и духовно. Потом многое узнает о довоенной жизни, о том, например, как его родители каждую ночь ждали ареста, но не кричит он, как Овод, Пантелееву и Аркадию Гайдару, мол, вы лгали мне все мое детство. Все было не так. Другая была история. Он благодарен этим писателям за базовые ценности общечеловеческой цивилизации. Хотя история, действительно, была другая…

Разумовский Л. Нас время учило… - СПб., ООО «Журнал “Звезда”», 2016.

 

Воспитание чувств

У нас в городе живет очень хороший поэт. Голос его негромок, что, вообще, свойственно литературе нашего города. Зовут его Алексей Пурин. И пишет он давно, с 1974 года. Сейчас издали сборник его стихов «Почтовый голубь. Собрание стихотворений, 1974-2014». И вот читаешь этот сборник и в какой-то момент понимаешь: а ведь это роман. Роман в стихах. Воспитание чувств позднесоветского интеллигента, с невероятной скоростью въехавшего из одного мира в другой. Вот он работает по распределению на каком-то химпроизводстве, одновременно прорывается к полузапретной культуре Серебряного века. Вспоминает отца-фронтовика. Бродит по Братскому кладбищу в Риге, отдыхает в Крыму и все время меряет себя и свою жизнь мерками той недоубитой культуры. Вот он служит в армии на Севере офицером. Вот перед ним внезапно открывается целый мир, который он и не чаял увидеть: Прага, Вена, Рим, Флоренция. Вот погибают его друзья, поэты. Эпитафии Пурина Борису Рыжему – лучшее, что есть в сборнике, и лучшее, что написано о Борисе Рыжем. Вот так он живет, чтобы писать стихи. А мы их читаем. Будь я редактором сборника, я бы посоветовал другое название: «Воспитание чувств». Потому как роман в стихах Алексея Пурина написан о воспитании чувств в эпоху больших перемен.

Пурин А. Почтовый голубь. Собрание стихотворений, 1974-2014. – СПб., ООО «Журнал “Звезда”», 2015.        

если понравилась статья - поделитесь:

март 2016

Дома и люди