1045
0
Елисеев Никита

Зима тревоги нашей

Мы видим, как совершается история. На наших глазах происходит то, что потом будут всерьез изучать политологи, социологи, историки. Изучать по разным причинам, но среди них будет наиважнейшая: как сделать так, чтобы это не повторилось. Но мы-то уже знаем: что ни придумывай, все одно в мир снова выскользнет Зло. В такую пору хорошо почитать исторические книжки.

 

Оператор, режиссер, писатель

Прежде всего – пара слов об авторе. Дмитрий Долинин – классик операторского искусства. Он снимал «В огне брода нет» у Панфилова, «Республику ШКИД» у Полоки, все фильмы Ильи Авербаха. Потом стал режиссером. Его «Миф о Леониде» (рассказ о покушении на Кирова) - едва ли не лучший фильм о начале сталинского террора. Потом Долинин стал писать остросюжетные исторические повести. В его сборник «Здесь, под небом чужим» включены две повести: «Мужчины Нади Андерсен» и «Принцесса». Посвящены они кануну революции и самой революции. «Принцесса» сделана позамысловатее. Здесь совмещены два времени: начало русского ХХ века и его конец. Интеллигент из времен перестройки и пост-перестройки смотрит на интеллигентов времен первой мировой. Находит их письма и дневники. Хочет снять про них фильм. В результате оказывается в тюрьме. Это я так, быстро пересказал основные вехи сюжета. Самое интересное в повестях Долинина - их общая тема: совестливый интеллигент в пору социального взрыва. А можно и так сказать: тема его повестей – сила слабых. Его герои ничего не могут сделать против прущей на них тупой силы, но они сильнее ее. Умнее, добрее, порядочнее. Они спасутся и спасут своих близких. Достойно, по-человечески.

Долинин Д. Здесь, под небом чужим: Повести. – СПб., 2014.

 

Поэт и архитектор

«Неизвестный Алексеев» – на редкость удачное название. Во-первых, один из лучших русских верлибристов Геннадий Алексеев (1932-2007) действительно не так уж широко известен. Конечно, те, кто читал и читает его белые стихи, крепко прикипел к ним душой. Но таких, к сожалению, немного. Во-вторых, даже те, кто знают поэта Геннадия Алексеева, совершенно не знают его прозу и его жизнь.

В сборник помещены дневниковые записи Геннадия Алексеева с 1958-го по 1971 год и его роман «Конец света». По профессии и образованию он был архитектором. Для заработка переводил с фарси средневековых восточных поэтов. Поэзия не была его профессией. Она была его судьбой. Его почти не печатали. По делам архитектурной своей службы он объездил чуть ли не весь Советский Союз. Был в Ташкенте после печально знаменитого землетрясения. Ездил по старым русским городам. Поэтому его дневник – очень широкая панорама советской жизни. Остается только пожалеть, что дневниковые записи не снабжены комментариями. Но беда поправимая. С помощью  Интернета легко узнаете сами, кто такой Костя К-ский, провозглашающий: «Нет поэта, кроме Бродского, и Константин К-ский – пророк его!». Константин Кузьминский, конечно. Составитель самой полной многотомной антологии российского поэтического самиздата «У Голубой лагуны». Да и самое важное в дневнике Алексеева не факты и не персоналии, а его автор.

Роман «Конец света» – прекрасный образец петербургской литературы, ироничной, печальной и фантасмагорической.

Алексеев Г. Неизвестный Алексеев: Неизданная проза Геннадия Алексеева. – СПб: Геликон Плюс, 2014.

 

Философ

От исторической беллетристики и дневниковых свидетельств перейдем к исследованию исторического романа. В России издали одну главу из классического труда Георга Лукача «Исторический роман». Лукач (ударение на последнем слоге) – сын венгерского банкира и барона австро-венгерской империи – был человеком фантастической судьбы и фантастической образованности. Дважды министр двух убитых республик. В 1919 году - нарком просвещения Венгерской Советской республики, убитой румынскими интервентами и венгерскими белогвардейцами, в 1956-м - министр культуры в правительстве Имре Надя во время венгерского восстания, убитого советскими танками. Оба раза уцелел благодаря своей мудрости и осторожности. В 1930-40-е годы был в эмиграции в СССР. Вместе с Михаилом Лифшицем и другими образованными марксистами создал журнал «Литературный критик», славный уже хотя бы тем, что именно в нем после долгого перерыва начал печататься Андрей Платонов: в 1937 году там был опубликован его рассказ «Фро». И в том же журнале в том же году печаталось исследование Георга Лукача «Исторический роман», одна глава которого ныне вышла отдельной брошюрой с весьма любопытным предисловием Перри Андерсона: «Исторический роман: от прогресса к катастрофе». Расположенные рядом два этих исследования создают великолепный контрапункт. Лукач – исторический оптимист, гегельянец, уверенный в необратимости прогрессивного исторического хода, такого, что даже беллетрист с вполне реакционными убеждениями Вальтер Скотт работает в пользу прогресса и социального, и литературного. И Перри Андерсон – современный интеллектуал, который, оглядываясь, видит лишь руины. Взгляд, конечно, варварский, а верный или неверный, мы еще узнаем.

Лукач Г. Исторический роман. Пер. с нем. И. А. Саца. – М.: Common place, 2014.  

comments powered by HyperComments