871
0
Синочкин Дмитрий Юрьевич

Йоханнес Товатт, архитектор: «Качественную городскую среду можно построить, только если мыслишь широко»

За стеклом хмурится низкое серое небо, утренние сумерки плавно перетекают в вечерний полумрак, и первый снег начинает падать на зябко ежащийся город. Пейзаж за окнами редакции «Пригорода» не так уж и отличается от вида, возникающего в окнах офиса Йоханнеса Товатта в центре Стокгольма. В такой день вдруг становятся очевидными  достоинства ярких Гатчинских фасадов...

– «IQ-Гатчина» – первый проект, который бюро Tovatt Architects&Planners реализует в России. Почему в качестве партнера выбрали «Ленстройтрест»?
– Давайте уточним: действительно это наш первый реализуемый в России проект, где мы непосредственно занимались проектированием зданий. Но мы работаем в России уже много лет, и заняты также и в других проектах. Уже началось строительство жилых домов в Колпино, где мы – авторы мастер-плана.
С Виктором Лебедевым (генеральным директором ООО «ЛСТ Менеджмент», входящего в группу «Ленстройтрест » - «Пр.») мы сотрудничали, еще когда он работал в «СПб Реновация». Он просто позвонил нам и спросил, заинтересованы ли мы в новом совместном проекте, теперь уже с «Ленстройтрестом», одно из подразделений которого он возглавил. Я не раздумывал ни секунды и сказал: «Да».
Сотрудничество складывалось наилучшим образом благодаря высочайшему профессионализму наших русских коллег. Для нас важно, что специалисты «Ленстройтреста» готовы обсуждать проблему ответственности в долгосрочной перспективе и то, как в будущем должно выглядеть градостроительное проектирование в России. «Ленстройтрест» работает с вопросами качества жизни и перспективного видения, причем в гораздо большем охвате, чем это подразумевают границы их участков. Действительно качественную городскую среду можно построить, только если мыслишь широко!
– Россия – не совсем Европа: и климат другой, и менталитет. Приходится ли адаптировать привычные подходы и методы к местным условиям?
– Для нас Россия – Европа. А что касается климата, Стокгольм лежит на той же широте, что и Петербург. Да, кончено, у нас есть Гольфстрим, но это не так существенно. Мы одинаково реагируем на солнечный свет и его недостаток, на нас совершенно так же влияют существенные перепады между временами года. Будучи европейцами, мы с вами, по сути, одинаково воспринимаем урбанистическую культуру. Чисто интуитивно каждый человек понимает, как красивый и хорошо функционирующий город влияет на нашу жизнь. Также интуитивно мы реагируем на нефункциональную городскую среду, которая часто встречается в предместьях больших городов. С этой точки зрения говорить о необходимости что-то адаптировать не приходится.
Начиная работу над проектом, мы не исходим из того, что надо будет как-то приспосабливаться, а черпаем понимание из нашего общего культурного наследия. А вот что действительно требует адаптации, так это устаревшие и косные нормативы, которые наносят ущерб современному российскому градостроительству. Я считаю, что творческая модернизация является центральным моментом для создания стабильных и привлекательных городов. Поэтому, в том числе, нам так интересно работать с «Ленстройтрестом»: они готовы подвергать сомнению незыблемость нормативов и правил.
– Многие западные проектировщики жалуются на сложность местной нормативной базы (а  правила застройки, принятые в Гатчине, имеют еще и собственную специфику). Получится ли вписать амбициозный и яркий проект в действующие у нас стандарты и правила? Какие ограничения вызывают наибольшие трудности?
– Хороший вопрос. Сама по себе нормативная база не так уж сложна, но нормы в целом затрудняют создание интенсивной городской среды. Именно на это реагируют западные архитекторы. Часто получается так, что правила ведут к возникновению ничем не заполненных пространств и отдаляют людей друг от друга, ставя подножку пульсирующей общественной жизни. А это слишком большая цена для городов, которые строятся и уплотняются. В хорошем городе все виды деятельности расположены поблизости друг от друга, а городское пространство отличается интенсивностью, насыщенностью. Интенсивность эта порождается здоровыми конфликтами. 
– Вы серьезно? Неужели конфликты могут привнести что-то положительное в жизнь города?
– Совершенно верно. Столкновение противоположностей как раз и порождает развитие. Под конфликтом я в данном случае понимаю взаимодействие различных по сути функций. А когда застройщики пытаются избежать конфликта в пользу какой-либо одной функции, получается мертвая, никому не интересная среда. Классический пример – спальные районы. Именно поэтому в первые этажи «IQ-Гатчины» встроены магазины и предприятия обслуживания.
– На каких принципах строится идеология комплекса «IQ-Гатчина»? Как вы себе представляете его будущих жителей? Они чем-то отличаются от «среднестатистического» горожанина?
– Думаю, не отличаются. Надеюсь, что нет... В социал-демократической Швеции в нас уже сто лет взращивают неприятие сегрегации и элитарности. Поэтому наши города по своей сути очень открыты, как чисто физически, так и интеллектуально.
Что касается идеологии, то проект станет во всех отношениях оптимальным. Он будет стимулировать чувство ответственности за открытое общественное пространство и создаст несколько привлекательных, оживленных мест.
– Богатая событиями и непростая история Гатчины как-то отразится в проектных решениях? Или вся история останется в «старой» части?
– Центральная часть Гатчины обладает качествами классического градостроения, которые мы, насколько это вообще было возможно, взяли за основу нашего плана. Это и развитая система улиц и пешеходных дорожек, и закрытая структура кварталов, и четкое различие между общественным, полуприватным и частным пространством, и человеческий масштаб зданий и улиц.     Ключевым здесь является стремление связать нашу территорию со своим окружением. Новая застройка в любом городе будет успешной, только если старое и новое вместе образуют единое целое. Таким образом, структурно «IQ-Гатчина» близка «старому» городу. А вот по части материалов, эстетики, цветовых решений и т. п. мы обращаемся к современности, а не к историческим стилям.
– Возможно ли в петербургском регионе формирование комфортных малоэтажных пригородов для среднего класса – по европейской модели? Какие условия для этого нужны?
– Это не только возможно, это совершенно необходимо! И очень важно. Новым «годовым кольцам» Петербурга не повредило бы разнообразие в плане структуры, наполнения, формирования общественного пространства и архитектурного облика. Монокультуры уже более чем достаточно. Для этого нужны менее агрессивные требования к доходности и более развитое чувство ответственности у политиков и застройщиков, а также творческое и качественное истолкование нормативной базы...
– Есть ли у TovattArchitects&Planner другие проекты в России, в странах СНГ?
– Да, в Москве, и здесь же в Петербурге, в том числе для компании «СПб Реновация». Мы в перспективе нацелены и на более отдаленные места в России, надеемся, что сложится проект в Новосибирске.
– Как вам видится дальнейшее сотрудничество в области архитектуры и градостроения между нашими странами?
– Мы надеемся на укрепление культурных связей между восточной и западной Европой и хотим верить, что можем многому друг у друга научиться с точки зрения культуры градостроения. Работа в России – это источник вдохновения для нас, и вдохновение это мы черпаем в той энергии, которая неизменно возникает при встрече с русской культурой и обществом.

К сведению

Первая очередь «IQ Гатчина» - это два корпуса высотой 6–11 этажей, включающие 756 квартир, полузаглубленный паркинг на 248 машиномест. Здесь также разместятся магазины, аптека, детский развлекательный центр, кафе, кондитерская.

Участок расположен на въезде в Гатчину, всего в рамках проекта будет освоена территория площадью 19,2 га. Предусмотрено строительство школы на 600 учащихся, два детских сада по 140 мест каждый и торгового центра. Фишка «IQ Гатчины» – продуманная улично-дорожная сеть, открытое общественное пространство, масштабное озеленение и стильный ландшафтный дизайн.. 

К сведению

Йоханнес Товатт родился в Стокгольме в 1964, закончил Архитектурную школу в Кентербери и Королевскую Высшую техническую школу в Стокгольме.

Он стал содиректором бюро выдающегося английского и шведского архитектора Ральфа Эрскина в 2000 году и возглавил мастерскую после его смерти, в 2005-м.

Среди проектов мастерской – район Greenwich Millennium Village на территории Большого Лондона, жилые массивы в Стокгольме, Праге, Хельсинки и Дублине.

Один из последних проектов компании – мастер-план территории площадью 250 га в пригороде Вены.

comments powered by HyperComments

январь 2014

Новости компаний